В четверг в Восточной комнате Белого дома президент Дональд Трамп вручил высшую военную награду США — Медаль Почета — трем ветеранам: майору морской пехоты Джеймсу Кейперсу-младшему, майору армии Николасу Докери и посмертно полковнику Джону Рипли. Каждый из награжденных совершил подвиг, выходящий за рамки обычного воинского долга. 88-летний Кейперс в 1967 году во Вьетнаме, получив 17 осколочных ранений и сломанную ногу, не только возглавил бой после засады, но и отказался эвакуироваться, пока все его подчиненные не оказались в безопасности. Рипли в 1972 году в одиночку, под огнем противника, пять раз перебирался по балкам моста в Донгха, чтобы заложить 500 фунтов взрывчатки и остановить наступление 30-тысячной группировки северовьетнамской армии. Докери в афганской провинции Каписа в 2012 году, попав в засаду талибов, лично вытащил раненого сержанта, убил двух боевиков и реанимировал сослуживца, а затем координировал эвакуацию, покинув поле боя последним.

Однако торжественная церемония не обошлась без эпизодов, характерных для стиля 45-го президента. Как отмечают наблюдатели в Бразилии, при попытке завязать ленту медали на шее Докери Трамп потратил около минуты, в итоге затянув узел слишком туго, и рассмеялся под аплодисменты зала. Еще до начала награждения он сделал внезапное отступление, объявив о «новом историческом максимуме» фондового рынка и падении цен на нефть, а затем пошутил, что хотел бы вручить медаль самому себе, но не нашел для этого оснований. Присутствовавшего министра обороны Пита Хегсета Трамп назвал «военным министром» — термином, вышедшим из употребления в США в 1947 году, — и предрек ему «еще много побед».

Подобное смешение высокого пафоса с самолюбованием и неловкими бытовыми деталями давно стало визитной карточкой Трампа. Однако на этот раз диссонанс особенно заметен на фоне его падающих рейтингов: согласно опросу NPR/PBS/Marist, 60% американцев не одобряют его экономическую политику — это хуже, чем у Джо Байдена в самые тяжелые моменты. Для российского наблюдателя церемония интересна не только как демонстрация американской традиции чествования героев, но и как иллюстрация того, как личные амбиции лидера могут вторгаться в ритуалы, призванные символизировать единство нации. Ветераны Вьетнама и Афганистана — конфликтов, имеющих прямые параллели с советским и постсоветским военным опытом, — оказались в центре спектакля, где президент не упустил случая напомнить о себе.

Тем не менее, сама церемония подтвердила: несмотря на смену администраций и политическую турбулентность, американское государство продолжает отдавать долги тем, кто рисковал жизнью в далеких от США войнах. Вопрос лишь в том, насколько искренне общество воспринимает эти жесты, когда они подаются в упаковке предвыборного нарциссизма.