В четверг министр иностранных дел Израиля Гидеон Саар заявил о разрыве «всех контактов» с верховным представителем Евросоюза по иностранным делам и политике безопасности Кайей Каллас. Поводом стали приписываемые ей высказывания на закрытой встрече в Мехико, где она, по данным европейского издания Euractiv, сравнила обращение Израиля с палестинцами на Западном берегу и в Газе с южноафриканским режимом апартеида. Саар назвал эти слова «кровавым наветом» и обвинил Каллас в «навязчивом и вопиюще несправедливом» отношении к еврейскому государству, подчеркнув, что бойкот продлится до тех пор, пока она не откажется от своих утверждений.

Каллас ответила в социальной сети X, обратившись к Саару «дорогой Гидеон» и подчеркнув ценность диалога и сотрудничества между ЕС и Израилем. Она не стала ни подтверждать, ни опровергать конкретную формулировку, но напомнила, что Брюссель последовательно осуждает незаконные израильские поселения на Западном берегу и считает решение о двух государствах единственным жизнеспособным путём к миру. Посол ЕС в Израиле Майкл Манн в интервью Jerusalem Post уточнил, что сообщество не рассматривает Израиль как государство апартеида, однако отказался комментировать неофициальную цитату, приписанную главе дипломатии.

Инцидент развивается на фоне глубокого кризиса в отношениях между Израилем и Евросоюзом, обострившегося после начала войны в Газе в октябре 2023 года и волны насилия со стороны поселенцев на оккупированных территориях. По мнению европейских дипломатических кругов, Каллас, бывший премьер-министр Эстонии, известна жёсткой риторикой в адрес Израиля, что уже вызывало трения с Иерусалимом. Израильская сторона, в свою очередь, всё чаще воспринимает критику из Брюсселя как предвзятую и не учитывающую соображения безопасности. Решение Саара о полном разрыве контактов — шаг беспрецедентный даже для нынешнего охлаждения, и он демонстрирует готовность правительства Нетаньяху к дальнейшей дипломатической изоляции ради отстаивания собственной повестки.

Для Москвы этот дипломатический скандал представляет интерес сразу в нескольких измерениях. Во-первых, он высвечивает растущую фрагментацию внешней политики ЕС, где глава дипломатии из восточноевропейской страны, традиционно занимающей антироссийские позиции, оказывается в конфликте с ключевым партнёром на Ближнем Востоке. Во-вторых, ослабление связей между Израилем и Брюсселем может подтолкнуть Иерусалим к более тесному взаимодействию с альтернативными центрами силы, включая те, что не присоединились к западным санкционным режимам. В-третьих, сама лексика «апартеида», всё чаще звучащая в европейских коридорах, создаёт дополнительные риски для легитимности израильской политики на международной арене, что косвенно влияет и на глобальный баланс сил.

В ближайшей перспективе ожидать примирения трудно. Каллас, судя по её ответу, не намерена дезавуировать закрытые высказывания, а Саар дал понять, что без формального опровержения контакты не возобновятся. Евросоюз, вероятно, продолжит взаимодействие с Израилем по другим каналам, однако символический урон уже нанесён. Этот эпизод не только фиксирует новый минимум в отношениях, но и ставит под вопрос способность Брюсселя выступать эффективным посредником в ближневосточном урегулировании, где его главный дипломат теперь лишён прямого доступа к израильскому руководству.