Выход SpaceX на биржу Nasdaq в минувшую пятницу мгновенно переписал учебники по корпоративным финансам. Размещение 555,6 млн акций по $135 за штуку принесло компании $75 млрд (с учётом доразмещения — $85,7 млрд), что втрое превысило предыдущий рекорд Saudi Aramco. Уже к закрытию первого дня капитализация превысила $2 трлн, а к вечеру вторника, после скачка ещё на 10–14%, рыночная стоимость SpaceX достигла $2,8 трлн. Компания последовательно обошла Amazon и на короткое время Microsoft, став пятой по величине публичной корпорацией мира — позади лишь Nvidia, Alphabet, Apple и Microsoft. Основатель и CEO Илон Маск, владеющий примерно 38% акций, за один день 15 июня увеличил состояние на $164 млрд и, по оценкам Forbes и Bloomberg, перешагнул отметку в $1,3 трлн, сделавшись первым триллионером в истории. Совокупное богатство 500 ведущих миллиардеров планеты за тот же день выросло на рекордные $336 млрд — до $13,3 трлн.

Не успели стихнуть аплодисменты в Starbase, как SpaceX объявила о поглощении разработчика ИИ-агента для программирования Cursor (компания Anysphere) за $60 млрд. Сделка будет оплачена акциями SpaceX и закрыта в третьем квартале 2026 года. Ещё в апреле стороны договорились об опционе: либо покупка за $60 млрд, либо платёж в $10 млрд за совместную работу. Выбор в пользу полного поглощения демонстрирует, насколько агрессивно Маск намерен конкурировать с OpenAI и Anthropic на поле инструментов для разработчиков. Cursor, основанный в 2022 году, уже генерирует около $2,6 млрд годовой выручки в сегменте B2B, а его интеграция с суперкомпьютером Colossus и подразделением xAI, как полагают в технологических кругах Сан-Франциско, способна замкнуть цикл «космос — данные — код» внутри одной группы.

Латиноамериканские обозреватели сравнивают состояние Маска с ВВП целых стран: его $1,3 трлн превосходят экономику Колумбии вдвое и почти достигают масштабов Мексики. В Европе обращают внимание на структурные риски: столь стремительный рост обеспечен прежде всего розничными инвесторами при крайне ограниченном free-float, поскольку институциональные держатели не спешат продавать. Аналитики в Брюсселе и Стокгольме предупреждают, что волатильность бумаг с капитализацией под $3 трлн и малым числом акций в обращении может создать системные перекосы. В Москве и Пекине за ралли наблюдают с двойственным чувством: с одной стороны, рекордное IPO подтверждает доминирование американского технологического сектора, с другой — концентрация такого объёма богатства в одних руках и одной корпорации усиливает аргументы сторонников многополярного технологического суверенитета.

Политическая реакция в самих США оказалась предсказуемо поляризованной. Сенаторы Берни Сандерс и Элизабет Уоррен уже назвали появление первого триллионера симптомом глубокого неравенства, в то время как консервативные комментаторы приветствуют достижение как результат инженерного гения и предпринимательской воли. Между тем макроэкономический фон добавил драматизма: рекордный скачок состояний 15 июня совпал с новостями о мирной сделке между США и Ираном, что разогнало индексы и одновременно обрушило нефтяные котировки ниже $80 за баррель.

Впереди — решение ФРС под руководством нового председателя Кевина Уорша, способное скорректировать аппетит к риску. Для SpaceX главный вопрос теперь в том, удастся ли конвертировать биржевую эйфорию в устойчивую бизнес-траекторию. Покупка Cursor указывает на ставку на симбиоз космической инфраструктуры и искусственного интеллекта, однако интеграция столь разнородных активов потребует времени. Если Маску удастся замкнуть цепочку «ракеты — спутники — дата-центры на орбите — ИИ-инструменты», мир может увидеть не просто самую дорогую компанию, а новый тип вертикально интегрированной технологической империи, влияние которой будет ощущаться далеко за пределами Уолл-стрит.