Администрация президента США Дональда Трампа сигнализировала о готовности рассмотреть возвращение Турции в программу истребителей пятого поколения F-35, из которой Анкара была исключена в 2019 году после приобретения российских зенитно-ракетных комплексов С-400. Эта перспектива, впервые публично обозначенная Трампом на полях саммита НАТО в Анкаре, вызвала резкую реакцию Израиля и Греции. В четверг состоялся телефонный разговор Трампа с премьер-министром Израиля Биньямином Нетаньяху, в ходе которого, согласно заявлению канцелярии израильского премьера, стороны договорились о продолжении координации «на различных фронтах», а Нетаньяху отдельно поднял вопрос о «серьёзности заявлений» президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана против существования еврейского государства.

Позиции сторон по вопросу F-35 диаметрально расходятся. В Иерусалиме настаивают, что передача Анкаре малозаметных истребителей «разрушит баланс сил на Ближнем Востоке». В интервью CNN Нетаньяху охарактеризовал Эрдогана как «не образцового союзника США» и заявил, что турецкий лидер «угрожает уничтожить мою страну — единственное еврейское государство». В Афинах министр обороны Греции Никос Дендиас потребовал, чтобы любая продажа передовых вооружений в рамках НАТО сопровождалась гарантиями неприменения против другого члена альянса, назвав такой подход «базовым принципом». В Анкаре, в свою очередь, отвергают возражения: Эрдоган заявил, что у Турции есть право приобретать оборонительные системы, и назвал протесты Израиля и Греции не имеющими оснований.

Ключевым препятствием для возвращения Турции в программу остаётся российский комплекс С-400. По действующему американскому законодательству, включая положения Закона о противодействии противникам Америки посредством санкций (CAATSA) и ежегодного Закона о национальной обороне, передача F-35 стране, эксплуатирующей С-400, запрещена. Как отмечают в дипломатических кругах Афин, Анкара пока не добилась ощутимого прорыва: от неё потребуют доказательств отказа от российской системы, а затем — внесения изменений в американские законы. Тем не менее, по оценкам вашингтонских аналитиков, Трамп рассматривает Турцию как жизненно важного союзника, контролирующего проход между Чёрным и Средиземным морями и способного сдерживать иранское влияние, и склонен к смягчению санкционного режима, заявляя, что не хочет «вводить санкции против друзей».

Спор вокруг F-35 вписывается в более широкую картину перегруппировки сил в Восточном Средиземноморье. В Израиле, по оценкам военных кругов, Турция всё чаще воспринимается не как сложный, но предсказуемый партнёр по НАТО, а как региональный соперник, поддерживающий ХАМАС, наращивающий военное присутствие в Сирии и продвигающий доктрину «Голубая родина», которая оспаривает морские границы и энергетические проекты Греции, Кипра и Израиля. Одновременно телефонный разговор лидеров затронул американские военные действия в зоне Персидского залива: по данным иранских источников, США нанесли удары по иранским объектам, а Корпус стражей исламской революции заявил об ответных ракетных атаках на базы США в Иордании, Кувейте и Бахрейне. Израильская сторона, комментируя эти события, подчеркнула необходимость сохранения зон безопасности вдоль своих границ.

Окончательное решение о судьбе турецкой заявки на F-35 не принято. Трамп охарактеризовал его как вопрос, который ещё предстоит решить, однако юридические и политические барьеры в Конгрессе США остаются значительными. Греческие официальные лица подтверждают, что задействовали «все доступные дипломатические каналы» для донесения своей позиции до Вашингтона. Дальнейшее развитие досье будет зависеть от способности Анкары урегулировать проблему С-400 и от готовности американских законодателей пересмотреть действующие ограничения.