По сведениям из дипломатических кругов Брюсселя, накануне саммита Евросоюза сформировалась широкая коалиция стран-членов — от традиционных сторонников свободного рынка до убеждённых интервенционистов, — требующая срочных мер против китайской экспортной экспансии. Как сообщают источники, речь идёт о разработке новой торговой стратегии, которая может объединить инструменты диверсификации поставок и прямые защитные барьеры. Европейские чиновники всё чаще говорят не о том, вводить ли ограничения, а о том, насколько далеко и быстро следует идти, чтобы предотвратить сценарий «промышленного опустошения», уже знакомый по американо-китайскому противостоянию.

Толчком к мобилизации стал рекордный торговый дефицит. По данным Eurostat, только в апреле отрицательное сальдо ЕС в торговле товарами с Китаем достигло 31,9 млрд евро (около 37 млрд долларов), а в целом за 2022 год дисбаланс составлял примерно 1 млрд евро в день. В Брюсселе называют такую ситуацию «неприемлемой» и указывают на её структурный характер: китайские субсидии и стремительное развитие промышленности позволяют Пекину наращивать экспорт во всех ключевых секторах — от электромобилей и «зелёных» технологий до химической продукции и платформ электронной коммерции. Европейские производители, по оценкам экономистов, сталкиваются с прямым вытеснением, что грозит дальнейшим замедлением роста и ростом банкротств в странах союза.

Еврокомиссар по торговле Марош Шефчович подчеркнул, что цель Брюсселя — «не конфронтация, а восстановление баланса». Тем не менее, риторика Пекина остаётся двойственной: китайский посол в ЕС выразил понимание озабоченностей европейцев, но одновременно предупредил, что КНР готова ответить на любые протекционистские шаги. По мнению аналитиков в Пекине, односторонние ограничения способны спровоцировать полномасштабную торговую войну, которая ударит по обеим экономикам, однако в европейских столицах всё громче звучат голоса, что бездействие обойдётся дороже.

Для России и постсоветского пространства этот конфликт имеет двойное значение. С одной стороны, ужесточение европейского торгового режима демонстрирует готовность Брюсселя использовать экономические инструменты как оружие — подход, давно применяемый в отношении Москвы. С другой — возможное охлаждение связей ЕС и КНР способно подтолкнуть Пекин к дальнейшему углублению партнёрства с Россией и странами ЕАЭС, ускоряя формирование альтернативных торговых маршрутов и расчётов в национальных валютах. В то же время фрагментация глобальной торговли на конкурирующие блоки создаёт риски для всех экспортно-ориентированных экономик, включая российскую.

Саммит ЕС, как ожидается, закрепит поворот от ортодоксальной приверженности свободной торговле к избирательному протекционизму. Конкретные параметры новой стратегии ещё предстоит согласовать, но вектор уже очевиден: Европа намерена защищать свою промышленную базу, даже ценой осложнения отношений со второй экономикой мира. Ответные шаги Китая — будь то ограничения на европейский люкс или сельхозпродукцию — могут замкнуть спираль эскалации, за которой будут пристально следить не только в Вашингтоне, но и в Москве.