Заключительный день саммита G7 во французском Эвиан-ле-Бене начался с театральной паузы. Дональд Трамп, прибывший на рабочую сессию с опозданием примерно на час, остановился во главе стола, где уже сидели остальные лидеры, и с серьёзным лицом произнёс: «I am the boss» — «Я здесь главный». Присутствовавшие, включая хозяина встречи Эммануэля Макрона и премьера Британии Кира Стармера, ответили смехом; Макрон поинтересовался самочувствием американского коллеги, а Трамп, улыбнувшись, занял место справа от французского президента. Позднее 80-летний магнат, привыкший к максимальному кондиционированию, посетовал, что в зале «слишком жарко», и дружески хлопнул Стармера по плечу. Этот эпизод, мгновенно разошедшийся по мировым агентствам, задал тон заключительному дню переговоров, однако за показной бравадой скрывались вполне конкретные договорённости.

Главным содержательным итогом встречи стало совместное заявление «семёрки» о поддержке Украины и намерении усилить давление на «военную экономику» России. Лидеры пообещали укрепить санкционный режим, в том числе в нефтегазовом секторе, что, по оценкам европейских дипломатов, должно сузить возможности Москвы финансировать боевые действия. В заявлении также прозвучало признание улучшившихся позиций Киева на поле боя — сигнал, способный укрепить переговорные позиции Украины в любых будущих контактах с Кремлём. Владимир Зеленский, присутствовавший на саммите в качестве гостя, по данным источников, стремился убедить Трампа в том, что украинские контрнаступательные операции приносят ощутимые результаты и Россия не в состоянии диктовать условия.

Помимо украинского кризиса, повестка Эвиана включала темы, чувствительные для глобального баланса. Обсуждались диверсификация маршрутов поставок энергоносителей и снижение зависимости от Китая в цепочках поставок критически важных минералов — вопросы, в которых заинтересованы как западные столицы, так и страны Глобального Юга, представленные, в частности, президентом Бразилии Лулой да Силвой. Отдельным пунктом стало приветствие лидерами G7 предварительной договорённости между Вашингтоном и Тегераном об открытии Ормузского пролива — шага, который, как полагают аналитики в Брюсселе, может временно снизить напряжённость на Ближнем Востоке, но не отменяет фундаментальных противоречий вокруг иранской ядерной программы.

Для России итоги саммита означают дальнейшее ужесточение экономического контура, причём вне зависимости от персонального стиля общения американского президента. Демонстративная самоуверенность Трампа, по мнению наблюдателей в Москве, не отменяет того факта, что консолидированная позиция G7 по санкциям остаётся жёсткой, а европейские союзники — несмотря на периодические трения с Вашингтоном — продолжают синхронизировать ограничительные меры. В то же время акцент на энергетической диверсификации и иранском треке указывает на стремление Запада переформатировать глобальные сырьевые потоки, что в среднесрочной перспективе способно затронуть и российские экспортные позиции. Будет ли этот курс реализован последовательно или растворится в предвыборных циклах — вопрос, который остаётся открытым.