В ночь на четверг президенты США и Ирана дистанционно поставили подписи под «Исламабадским меморандумом о взаимопонимании» — документом из 14 пунктов, который немедленно прекращает боевые действия на всех фронтах, включая Ливан, и запускает механизм выхода из самой острой фазы ближневосточного конфликта. Дональд Трамп подписал бумажную версию в Версальском дворце во время ужина с Эммануэлем Макроном на полях саммита G7; его иранский визави Масуд Пезешкиан сделал то же самое в Тегеране. Посредник — пакистанский премьер Шахбаз Шариф — также завизировал текст. Изначально церемонию планировали на пятницу в Швейцарии с участием вице-президента США Джей Ди Вэнса и спикера иранского парламента Мохаммада-Багера Галибафа, однако стороны решили ускорить процесс, чтобы, по выражению иранского МИДа, «снизить политическую цену возможного срыва».

Содержание меморандума, обнародованное Вашингтоном и Тегераном, фиксирует немедленное и постоянное прекращение военных операций, взаимный отказ от угрозы силой и гарантии территориальной целостности Ливана. США обязуются в течение 30 дней полностью снять морскую блокаду иранских портов, введённую 13 апреля, и отменить санкции, разморозив иранские активы. Иран, в свою очередь, открывает Ормузский пролив для свободного судоходства и обязуется не взимать плату за проход. В документе зафиксировано обязательство Тегерана не производить ядерное оружие, а судьба накопленного высокообогащённого урана будет решаться в ходе основного раунда переговоров. Кроме того, США выделят 300 миллиардов долларов на восстановление и экономическое развитие Ирана. Всё это, однако, лишь каркас: окончательное мирное соглашение должно быть выработано в течение 60 дней с возможностью продления.

Реакции на сделку контрастны. Трамп, покидая Версаль, предупредил: «Если они нарушат соглашение, мы разбомбим их к чёрту», — но тут же назвал иранцев «умными людьми» и признал несправедливым лишать Тегеран баллистических ракет. В Иране спикер парламента Галибаф охарактеризовал договорённости как «рекордное поражение» США, а государственное телевидение заявило, что всё, чего пытались добиться военным путём, было получено за столом переговоров. В американском истеблишменте, напротив, звучат обвинения в чрезмерных уступках: республиканские критики называют меморандум победой Тегерана. Европейские наблюдатели, в частности из Парижа, приветствуют открытие пролива как шаг к снижению энергетических цен.

Для Москвы происходящее — не просто фон. Война, начавшаяся 28 февраля 2026 года совместными ударами США и Израиля по Ирану, за сорок дней привела к военному тупику: иранские силы, по сообщениям из Тегерана, сбивали передовые истребители противника и поражали американские корабли, а перекрытие Ормуза взвинтило нефтяные котировки, ударив по глобальной экономике. Выход из кризиса через пакистанское посредничество и без прямого участия России или Китая демонстрирует новую конфигурацию сил на Ближнем Востоке, где региональные игроки вроде Исламабада берут на себя роль мостика между враждующими полюсами. Для российских интересов ключевое значение имеет нормализация нефтяных потоков и снижение риска большой войны в непосредственной близости от постсоветского южного фланга.

Впереди — 60-дневный марафон переговоров, в ходе которого предстоит решить самые трудные вопросы: параметры сворачивания иранской ядерной программы, график снятия санкций, будущее военного присутствия США в регионе. Пока же меморандум, вступивший в силу немедленно, фиксирует хрупкое перемирие и впервые с 1979 года ставит подписи президентов двух стран под одним документом. Станет ли эта конструкция прологом к устойчивому миру или лишь паузой перед новым витком эскалации, зависит от того, насколько всерьёз обе стороны воспримут собственные обязательства — и насколько терпеливыми окажутся их внутренние аудитории.