С 22 июля вступает в силу решение администрации Трампа о введении 25-процентной пошлины на широкий спектр бразильских товаров — от продукции машиностроения и химической промышленности до обуви и целлюлозы. По оценкам Global Trade Alert, эффективная средняя ставка на бразильский экспорт в США вырастет с 11,7% до 18,2%, что уступает только китайскому показателю в 27%. Под удар попадает около 18% поставок, или более 11 млрд долларов в денежном выражении, а падение экспорта уже зафиксировано в 20 из 27 бразильских штатов.

Формальным обоснованием стали обвинения в «недобросовестной торговой практике», однако бразильские переговорщики и аналитики в Бразилиа указывают на политическую подоплёку. В ходе консультаций США потребовали обнуления пошлин на промышленные товары, полного открытия химического и автомобильного секторов, а также ограничения китайских инвестиций в добычу редкоземельных металлов. После отказа бразильской стороны госсекретарь Марко Рубио публично заявил, что Лула да Силва «поставил собственное эго выше благополучия бразильского народа». В окружении президента это расценили как прямую попытку повлиять на исход октябрьских выборов, тем более что сын экс-президента и кандидат от правых Флавиу Болсонару незадолго до объявления пошлин встречался с Трампом в Белом доме, а его брат Эдуарду, проживающий в Вашингтоне, лоббировал ужесточение курса против Лулы.

Парадоксальным образом тарифный удар совпал с укреплением позиций действующего президента. Согласно опросам Quaest, отрыв Лулы от Болсонару-младшего во втором туре вырос до восьми процентных пунктов (45% против 37%), а рейтинг одобрения правительства впервые с конца 2024 года превысил уровень неодобрения. Аналитики связывают это как с экономическими мерами — программой реструктуризации долгов, снижением безработицы и налоговыми послаблениями, — так и с мобилизацией избирателя вокруг темы национального суверенитета. Более половины бразильцев, по данным того же опроса, возлагают ответственность за тарифный конфликт на семью Болсонару.

Экономический ущерб уже ощутим: в первом полугодии 2026 года экспорт промышленных товаров в США сократился на 8,7%, а в штатах с высокой зависимостью от американского рынка — таких как Сержипи (52% всего экспорта идёт в США) или Сеара (33%) — последствия будут наиболее острыми. Правительство Лулы, избегая риторики немедленных ответных мер, сосредоточилось на расширении списка исключений (уже охватывающего более 2 тыс. товарных позиций) и кредитной поддержке пострадавших отраслей — обувной, текстильной, мебельной. Министр финансов Дариу Дуриган публично исключил применение закона о взаимности, назвав разговоры о репрессалиях преждевременными.

В администрации Лулы исходят из того, что до президентских выборов 4 октября Вашингтон не пойдёт на содержательные переговоры, а любые контакты будут использованы для давления на избирателя. Следующим значимым рубежом станет 25 июля, когда истекает срок действия глобальной 10-процентной пошлины, введённой ранее в рамках раздела 122, — её возможное продление или отмена покажут, насколько далеко Белый дом готов зайти в использовании тарифов как инструмента политического вмешательства.