Главным событием в мире экономических рейтингов стала смена лидера в ежегодном Индексе глобальной конкурентоспособности, публикуемом швейцарской бизнес-школой IMD. Сингапур вернул себе первую строчку, которую занимал в 2024 году, оттеснив Швейцарию на третье место. Вторую позицию занял Гонконг, продемонстрировав лучший результат за семь лет и укрепив доминирование азиатских экономик в верхней части таблицы. По мнению экспертов IMD, падение Швейцарии обусловлено прежде всего ослаблением экономической динамики: высокие импортные пошлины США и чрезмерно сильный швейцарский франк подорвали приток прямых иностранных инвестиций, а ключевой показатель «экономическая эффективность» рухнул. Как отмечают аналитики в Цюрихе, даже самые устойчивые европейские модели оказались уязвимы перед геополитическими шоками и перестройкой торговых потоков.

Азиатский блок продемонстрировал впечатляющий рывок. Тайвань поднялся на рекордное для себя четвёртое место благодаря мощному росту ВВП и экспорта, а также институциональной стабильности. Малайзия совершила скачок сразу на восемь позиций — до 15-й строчки, что стало лучшим результатом за десятилетие; в Куала-Лумпуре связывают этот успех с реформами государственного управления, позволившими поднять эффективность правительства на 11 пунктов. Китай занял 12-е место, а ОАЭ сохранили пятую позицию. В совокупности, как подчёркивают наблюдатели в Сингапуре и Гонконге, центр тяжести глобальной конкурентоспособности всё заметнее смещается в Азиатско-Тихоокеанский регион, где бизнес-эффективность и цифровая инфраструктура развиваются опережающими темпами.

Европейские экономики, напротив, переживают разнонаправленное движение. Германия потеряла четыре позиции, опустившись на 23-е место, Дания — сошла с четвёртой на шестую строчку. В то же время Ирландия удержалась на седьмом месте, Нидерланды поднялись на девятое, а Швеция осталась в десятке. Соединённые Штаты вернулись в топ-10, переместившись с 13-й на 10-ю позицию, однако, как напоминают эксперты в Брюсселе, в середине 2010-х годов страна регулярно занимала первое место, и нынешнее восстановление пока не компенсирует утраченных позиций. Латинская Америка выглядит всё более проблемной зоной: Мексика рухнула сразу на семь строчек до 62-го места, Колумбия опустилась на 59-е, Перу — на 60-е, а Бразилия и Венесуэла замкнули список. Чили, занявшее 43-ю позицию, остаётся относительным исключением, но общий тренд для региона — снижение качества инфраструктуры и эффективности правительств.

Параллельно Всемирный экономический форум обнародовал Индекс энергетического перехода, который зафиксировал тревожную стагнацию. Глобальный средний балл вырос лишь на 0,03% по сравнению с прошлым годом, а уровень готовности к внедрению чистой энергии и вовсе сократился на 0,76% — максимальное падение за десятилетие. Лидерами остаются скандинавские страны: Швеция, Финляндия, Дания, а также Эстония и Норвегия. Мексика в этом рейтинге потеряла четыре позиции, опустившись на 59-е место из 120, что усугубляет её двойное отставание — и по классической конкурентоспособности, и по способности к «зелёной» трансформации. Как отмечают аналитики в Латинской Америке, нехватка инвестиций в чистую энергетику и слабость инфраструктуры становятся структурным тормозом для целого ряда развивающихся стран.

Оба рейтинга рисуют картину мира, в котором конкурентоспособность всё жёстче привязана к способности государств адаптироваться к торговым войнам, технологическим сдвигам и климатическим требованиям. Возвращение Сингапура на вершину и взлёт Гонконга и Тайваня подтверждают, что ставка на эффективность бизнеса и предсказуемость регулирования приносит быстрые дивиденды. Для России, не включённой в исследование IMD, эти тенденции служат внешним зеркалом: пространство для манёвра сужается, а конкуренция за капитал и технологии обостряется. В ближайшие годы, по общему мнению экспертов, ключевым фактором станет не столько сырьевая база, сколько способность институтов обеспечивать стабильность и быстро внедрять инновации — как в цифровой, так и в энергетической сферах.