Житель Джакарты набирает в чат-боте: «У меня кружится голова и немеет левая рука — это симптомы инсульта?» Искусственный интеллект выдаёт длинный, уверенный на вид ответ, который не успокаивает, а запускает панику. Индонезийский врач и популяризатор медицины Адитья Сурья Пратама предупреждает: привычка консультироваться с ИИ по поводу симптомов распространяется стремительно, а феномен «галлюцинаций» — когда модель порождает правдоподобную, но ложную информацию — способен привести к ошибочным решениям о собственном здоровье. Этот частный эпизод — не просто медицинский курьёз, а симптом куда более масштабного сдвига.

Вторжение алгоритмов в самые интимные сферы жизни ускоряется. В США компания Meta запатентовала устройство, которое, непрерывно слушая смех, вздохи и пассивную речь пользователя во время видеозвонков, должно «количественно оценивать эмоциональное состояние». Американские защитники приватности, как сообщают местные СМИ, назвали патент «жутким» и инструментом «постоянной эмоциональной слежки», способным обслуживать рекламу, нацеленную на уязвимости пользователей. Технология, потенциально затрагивающая миллиарды аккаунтов Facebook и Instagram, заставляет задуматься о границах допустимого в погоне за данными.

Однако самая заметная реакция разворачивается в образовании. Юридический факультет Чикагского университета объявил о запрете ноутбуков, планшетов и телефонов для первокурсников с осени этого года. Декан Адам Чилтон пояснил: преподаватели «немного заснули за рулём», продолжая задавать работы, которые студенты могут выполнить с помощью ИИ, не включая собственное мышление. Факультет не отвергает технологии — он интегрирует инструменты ИИ в курсы юридического письма и учит будущих адвокатов этичному обращению с ними. Но сначала студент должен научиться думать самостоятельно: на занятиях слушают и обсуждают, а конспекты от руки ведут специально назначенные «классные писцы». Это возвращение к аналоговому, по замыслу администрации, — ответ на волну скандалов с мошенничеством при помощи ИИ, прокатившуюся по Брауновскому, Гарвардскому и другим университетам.

Параллельный тренд заметен среди состоятельных семей в США и арабском мире. Как сообщает ливанская газета «Ан-Нахар», всё больше родителей с высоким доходом переводят детей из традиционных школ в альтернативные заведения вроде Alpha School, где академическому обучению с помощью адаптивных ИИ-платформ отводится лишь два часа в день, а остальное время посвящено проектам, предпринимательству и работе в команде. Учитель превращается в «наставника». В Нигерии, по данным опроса, проведённого Nigerian Tribune, мнения разделились: часть студентов утверждает, что ИИ делает их умнее, помогая разбираться в сложных темах, другие признают, что он убивает упорство и поощряет лень. Спор идёт уже не о том, использовать ли ИИ, а о том, как сохранить человеческую способность мыслить, творить и чувствовать без него.

Исследователи из Стэнфордского университета предостерегают: эффективность подобных гибридных моделей пока не подтверждена строгими научными исследованиями, а замена слова «учитель» на «ментор» способна девальвировать профессию. К тому же высокая стоимость экспериментальных школ рискует сделать их достоянием лишь узкого социального слоя. Завершающим образом этого переходного момента остаётся фигура «классного писца» в Чикагском юридическом — студента, который в эпоху нейросетей берёт в руки ручку, чтобы записать лекцию для своих товарищей, словно от этого маленького, почти архаичного жеста зависит будущее критического мышления.