В ночь на 15 июня Россия нанесла один из самых масштабных комбинированных ударов по Украине за последние месяцы: по данным украинской стороны, было выпущено 70 ракет разных типов и 611 ударных беспилотников. Целями стали Киев, Харьков, Днепр и другие города. По меньшей мере 11 человек погибли, десятки ранены. Главным символическим потрясением стал пожар в Успенском соборе Киево-Печерской лавры — памятнике XI века из списка Всемирного наследия ЮНЕСКО, который почитается как колыбель православного монашества и общая святыня восточнославянского мира. Украинские власти заявили о прицельном попадании российского дрона в алтарную часть, а президент Владимир Зеленский назвал произошедшее «одним из крупнейших российских преступлений против христианской культуры».

Москва категорически отвергла обвинения. Минобороны РФ сообщило, что комплекс лавры был поражён ракетой американского зенитного комплекса Patriot, поставленного Киеву, — возможно, с истекшим сроком годности. Официальный представитель МИД Мария Захарова назвала заявления западных политиков «состряпанной фальсификацией» и напомнила, что ранее европейские столицы не реагировали на действия украинских властей в отношении канонической православной церкви и контроль над лаврой. В российском экспертном и депутатском поле подчёркивалось, что удар по лавре был бы «табу» для российских военных. При этом военное ведомство подчеркнуло, что целями удара были объекты оборонно-промышленного комплекса, а не гражданская инфраструктура.

Реакция западных столиц оказалась быстрой и жёсткой. Президент Франции Эмманюэль Макрон заявил, что атака лишь укрепляет решимость G7 добиваться прекращения огня, а глава МИД Италии Антонио Таяни назвал удар «исключительно тяжёлым» и свидетельством нежелания Москвы вести переговоры. Французский министр иностранных дел сравнил повреждение лавры с бомбардировкой Нотр-Дама. На этом фоне Зеленский прибыл на саммит G7 в Эвиан-ле-Бене, рассчитывая на усиление давления на Россию и новые обязательства по ПВО. Одновременно украинские дроны атаковали Тульскую область, где, по данным местных властей, погибли три человека, что подчеркнуло взаимный характер эскалации.

События вокруг лавры высветили глубокий конфликт интерпретаций, в котором религиозное наследие становится полем боя. Для Киева это удар по национальной идентичности и доказательство варварства противника; для Москвы — повод обвинить Запад в лицемерии и указать на технические риски поставок вооружений. Аналитики в Брюсселе и Вашингтоне отмечают, что инцидент произошёл сразу после телефонных разговоров Путина и Трампа, а также накануне формального открытия процесса присоединения Украины к ЕС, что делает его особенно чувствительным. В краткосрочной перспективе пожар в лавре, скорее всего, консолидирует антироссийскую риторику на площадке G7 и затруднит любые непубличные попытки зондирования почвы для прекращения огня. В более широком смысле — это ещё один шаг к разрушению того общего культурно-религиозного пространства, которое некогда служило мостом между народами, а теперь превращается в линию фронта.