Президент США Дональд Трамп в интервью CNBC заявил, что Иран в ходе переговоров согласился «практически на всё, что нам нужно». Заявление прозвучало на следующий день после завершения в Дохе очередного раунда непрямых американо-иранских консультаций при посредничестве Катара и Пакистана. По словам Трампа, военная кампания США привела к «полному разгрому» иранских вооружённых сил и фактически решила вопрос о денуклеаризации Исламской Республики. Американский лидер также отметил, что у Тегерана сохранилось лишь ограниченное число ракет, которые Вашингтон «мог бы уничтожить», и подчеркнул, что переговорный процесс продолжается.

В Тегеране интерпретируют итоги дохийского раунда сдержаннее. Заместитель министра иностранных дел Ирана Казем Гарибабади, возглавлявший делегацию, сообщил о достижении договорённости создать канал связи для фиксации предполагаемых нарушений режима прекращения огня. По его словам, стороны также обсудили использование части размороженных иранских активов на закупку необходимых стране товаров. Иранская сторона последовательно настаивает на своём праве на обогащение урана и мирную ядерную программу, а также на том, что любое соглашение должно гарантировать права иранского народа. Катарские и пакистанские посредники в совместном заявлении охарактеризовали прогресс как «позитивный» и подтвердили, что следующий раунд состоится «в ближайшее возможное время» после завершения похоронных церемоний.

Консультации опираются на меморандум о взаимопонимании, подписанный 17 июня 2026 года. Документ, согласованный дистанционно при отказе от планировавшейся очной встречи в Швейцарии, предусматривает 60-дневное прекращение огня, возобновление судоходства в Ормузском проливе и запуск переговоров о постоянном урегулировании. Однако режим тишины остаётся хрупким: после подписания меморандума стороны обменялись ударами — США атаковали иранские военные объекты в ответ на предполагаемую угрозу коммерческому судоходству, Тегеран нанёс удары по американским базам в Кувейте и Бахрейне. К началу дохийского раунда интенсивность взаимных обстрелов снизилась.

По оценкам аналитиков в Вашингтоне, центральным вопросом остаётся будущее иранской ядерной программы, обсуждение которой отложено на последующие раунды. В Тегеране, в свою очередь, увязывают прогресс на переговорах с прекращением параллельного конфликта в Ливане и выводом израильских сил из буферных зон. Дополнительным фактором неопределённости остаётся внутриполитическая динамика в Иране после гибели аятоллы Али Хаменеи 28 февраля — в первый день войны — и перехода властных полномочий к его сыну Моджтабе. Официальные похороны, которые пройдут 9 июля в Мешхеде, определят ближайший график дипломатических контактов. Досье остаётся на стадии промежуточных договорённостей: фундаментальные разногласия по ядерному досье и санкционному режиму не сняты, а публичные сигналы сторон по-прежнему разнонаправлены.