
Иран ставит выполнение меморандума в зависимость от шагов США: спор о денуклеаризации и переговорах в Дохе
Президент Пезешкиан заявил о готовности соблюдать меморандум от 18 июня только при условии выполнения обязательств Вашингтоном, опровергнув утверждения Дональда Трампа о согласии Тегерана на денуклеаризацию и скорых консультациях в Дохе.
Иранский президент Масуд Пезешкиан в понедельник заявил, что Тегеран будет соблюдать меморандум о взаимопонимании с США, подписанный 18 июня при посредничестве Пакистана и Катара, исключительно при условии полного выполнения обязательств американской стороной. Это заявление, сделанное в соцсети X, стало прямым ответом на утверждения президента США Дональда Трампа о том, что Иран якобы согласился на денуклеаризацию и что 30 июня в Дохе должна состояться встреча представителей двух стран.
По данным иранского МИД, технические переговоры с Вашингтоном не начнутся до тех пор, пока ключевые положения 14-пунктного меморандума не будут реализованы. Официальный представитель ведомства Эсмаил Багаи опроверг сообщения о готовящихся консультациях в столице Катара, заявив, что Тегеран пока не удовлетворён выполнением договорённостей. В Белом доме, напротив, настаивают на том, что встреча в Дохе состоится по инициативе иранской стороны, и называют её «возможно, важной» для обсуждения будущего ядерной программы Ирана. Трамп подчеркнул, что США не допустят появления у Ирана ядерного оружия, и утверждал, что Тегеран с этим согласился.
Меморандум, положивший конец многонедельной военной конфронтации, предусматривает прекращение огня, снятие морской блокады, отмену санкций и выделение, по данным российского «Коммерсанта», 300 миллиардов долларов на восстановление Ирана. Документ также включает обязательство Тегерана не стремиться к обладанию ядерным оружием и передать высокообогащённый уран, пострадавший в результате бомбардировок. Взамен США обещают разблокировать замороженные международные счета Ирана. Согласно тексту меморандума, на 30-дневный период переговоров о всеобъемлющем урегулировании предполагается поэтапное ослабление блокад Ормузского пролива и иранских портов, а ключевые вопросы, включая параметры ядерной программы, должны быть согласованы к 16 августа.
В Москве приветствовали достижение договорённостей, особо отметив усилия пакистанских и катарских посредников. По мнению российских экспертов, стабилизация обстановки вокруг Ормузского пролива критически важна для глобальных энергетических рынков и снижает риски прямого военного столкновения с участием внерегиональных держав. В Тегеране неоднократно подчёркивали, что меморандум основан на взаимных обязательствах, и предупреждали, что любой сбой в его выполнении со стороны Вашингтона поставит под угрозу весь процесс. Таким образом, дальнейшее развитие ситуации зависит от того, насколько американская администрация продемонстрирует готовность к конкретным шагам, а не к односторонним заявлениям.
Пока иранская сторона увязывает начало технических консультаций с реализацией первых пунктов меморандума, в Вашингтоне продолжают настаивать на проведении встречи в Дохе. Ожидается, что в ближайшие дни станет ясно, состоятся ли запланированные контакты, и начнётся ли 30-дневный переговорный марафон, от исхода которого будет зависеть не только судьба ядерной сделки, но и архитектура безопасности в Персидском заливе.
| Российская пресса и СНГ | −0.30 | critical |
|---|---|---|
| Арабская пресса Леванта и Магриба | +0.70 | aligned |
Moscow places the controversy over the Iranian memorandum within a hierarchy of global threats, where the American attitude is part of a hegemonic strategy that must be countered with realism.
A causal link is established between US pressure on Iran and the broader NATO-Russia competition, making the Iranian position functional to Russian interests without directly defending it.
Internal Iranian divisions and the specific details of the memorandum are omitted, as are any diplomatic openings from Tehran.
Tehran projects an image of inviolable power: defensive red lines are sacred and any negotiation that touches them is an act of surrender.
The repetition of 'non-negotiable' and the use of ultimatum language ('now or never') transform a tactical position into an identity principle, making any compromise impossible without loss of face.
The possibility that Iran has already made concessions in the Doha talks is silenced, as are internal pressures for a diplomatic solution.
Расширь свой кругозор
Рекордная прибыль Samsung обвалила рынки: инвесторы усомнились в устойчивости ИИ-бума
9 языков · 18 изданий
Из TechnologyИИ перестаёт быть инструментом и становится средой: когнитивные риски, зарплатные премии и гонка инфраструктур
3 языков · 5 изданий
Из Science & HealthСкрытая цена стресса: как простые привычки защищают сердце, кишечник и разум
5 языков · 11 изданий