За барной стойкой Dark Red в фортитьюд-велли, пока остывают бокалы с охлаждённым красным, Ханна Вагнер приседает на корточки и быстро открывает жестянку с тунцом. Она — типичная сова: смена заканчивается глубокой ночью, заснуть раньше полуночи почти не удаётся, а завтрак в её расписании отсутствует. «Не хочется съесть большую кацу-карри, а потом шесть часов работать на ногах», — объясняет она. После работы, уже за полночь, Вагнер принципиально не прикасается к рису и пасте — только овощи. Эта сцена, описанная в The Sydney Morning Herald, — не просто бытовая зарисовка, а иллюстрация того, как хронотип формирует пищевое поведение.

Австралийские исследователи из Университета Гриффита, проанализировав данные 287 женщин из Европы и Новой Зеландии, обнаружили, что «совы» потребляют столько же калорий, сколько «жаворонки», но распределяют их иначе: меньше белка утром и больше жиров, углеводов и сахара после восьми вечера. Руководитель работы Розанна Крюгер отмечает, что хронотип влияет на предпочтения в еде и метаболизм, а поздний ужин — после девяти вместо шести-семи — заставляет организм запасать энергию, а не расходовать её. Это, по мнению учёных, повышает риск ожирения и ухудшает метаболические показатели: у «сов» чаще фиксировали более высокий процент жира в теле, уровень сахара и липидов в крови.

Связь между сбитым ритмом сна и здоровьем выходит далеко за пределы обмена веществ. Иранское издание Khabar Online со ссылкой на исследования напоминает, что во время глубокого сна мозг выводит бета-амилоид — белок, накопление которого считается одним из маркеров болезни Альцгеймера. Хроническое недосыпание или фрагментированный сон снижают эффективность этой очистки. Одновременно исследование Вашингтонского университета в Сент-Луисе, опубликованное в журнале Sleep, выявило, что у беременных женщин недостаток сна ассоциирован с повышенным риском преэклампсии, гестационного диабета и перинатальной тревожности. Нигерийский акушер-гинеколог Тайво Тселе подчёркивает, что в послеродовом периоде недосып усугубляется ночными кормлениями и культурными ожиданиями, когда мать, вместо отдыха, вынуждена принимать гостей и заниматься хозяйством.

Практические рекомендации, которые звучат из разных регионов, сходятся в одном: значение имеет не только «что», но и «когда». Индонезийское агентство Antara перечисляет продукты, способствующие засыпанию, — рыбу с витамином B6, белый рис в паре с богатым триптофаном белком, овсянку, миндаль и киви, содержащие магний и мелатонин. Нигерийская Nigerian Tribune в ответ на вопрос читательницы поясняет: апельсин на ночь безопасен, но при склонности к рефлюксу его лучше съесть за час до сна. Мексиканский портал Infobae México обращает внимание на сигналы тревоги: если человек просыпается разбитым после восьми часов сна, испытывает «туман в голове», не может начать день без кофеина или чувствует сильную сонливость после еды, это повод проверить не только гигиену сна, но и уровень железа, витамина B12 и функцию щитовидной железы.

Ханна Вагнер, вернувшись домой за полночь, по-прежнему ужинает овощами. Её личное правило — результат «проверенного опыта», а не врачебного предписания. Но именно такие маленькие ритуалы, от жестянки тунца за барной стойкой до горсти миндаля перед сном, становятся частью глобального разговора о том, как внутренние часы диктуют меню, а меню, в свою очередь, переводит стрелки этих часов.