Окружной суд Осло в понедельник постановил, что 29-летний Мариус Борг Хёйби, старший сын кронпринцессы Метте-Марит, сможет провести следующие четыре недели предварительного заключения под домашним арестом с электронным браслетом в резиденции Скаугум. Ранее он был приговорён к четырём годам лишения свободы за два изнасилования и насилие в отношении бывшей подруги, однако приговор не вступил в законную силу и обжалован защитой. С февраля Хёйби находился в следственном изоляторе, и суд, продлевая меру пресечения, счёл возможным заменить содержание под стражей на домашний арест — в первую очередь, как указывает сторона защиты, из-за необходимости находиться рядом с матерью, недавно перенёсшей трансплантацию обоих лёгких.

Прокуратура Норвегии немедленно заявила о намерении обжаловать решение. По мнению обвинения, сохраняется риск совершения новых преступлений: Хёйби уже неоднократно нарушал запрет на контакты с потерпевшей. Ведомство настаивало на продлении содержания под стражей в пенитенциарном учреждении. Защита, в свою очередь, через адвоката Петара Секулича назвала домашний арест «приемлемым вариантом» и подчеркнула, что подзащитный не представляет опасности и не намерен возобновлять какое-либо общение с бывшей девушкой. Окончательное решение о том, будет ли апелляция рассмотрена по существу, прокуратура должна принять до полудня вторника.

Параллельно в Бразилии схожее по форме, но иное по правовым основаниям решение принял министр Федерального верховного суда Алешандри ди Мораис. Пастор Марсио Понсио, фигурант пятой фазы операции «Unha e Carne», расследующей связи госслужащих с преступными группировками и игорным бизнесом в штате Рио-де-Жанейро, был переведён из-под стражи под домашний арест по гуманитарным соображениям. Суд принял во внимание медицинские заключения о тяжёлом хроническом заболевании — язвенном колите, потребовавшем удаления толстой и прямой кишки, а также беременность супруги с высоким риском. Генеральная прокуратура не возражала, отметив, что основные следственные действия уже проведены, а наложенные обеспечительные меры — арест активов и изъятие документов — достаточны для сохранения интересов расследования.

В обоих случаях домашний арест сопровождается жёсткими ограничениями. В Норвегии Хёйби обязан носить электронный браслет и не покидать территорию поместья; в Бразилии пастору, помимо браслета, запрещено пользоваться социальными сетями, контактировать с другими фигурантами дела, посещать кого-либо, кроме адвокатов, а также предписано сдать паспорта и приостановить разрешения на оружие. По оценкам скандинавских правоведов, применение электронного мониторинга на стадии предварительного следствия остаётся в Норвегии относительно редкой практикой и, как правило, мотивируется исключительными семейными или медицинскими обстоятельствами. В латиноамериканской доктрине гуманитарный домашний арест прямо предусмотрен уголовно-процессуальным законодательством для лиц с тяжёлыми заболеваниями и в случаях, когда содержание под стражей может создать угрозу жизни.

Дальнейший ход обоих дел зависит от процессуальных шагов в ближайшие дни. В Осло прокуратура должна до вторника определиться с подачей апелляции: если жалоба будет направлена, Хёйби останется в изоляторе до решения вышестоящей инстанции; в противном случае он немедленно перейдёт под домашний арест. В Бразилии пастор Понсио уже помещён под электронный контроль, и любое нарушение условий автоматически повлечёт возвращение в пенитенциарную систему. Оба эпизода демонстрируют, как национальные правопорядки по-разному балансируют между необходимостью изоляции обвиняемого и гуманитарными императивами, при этом электронный мониторинг становится компромиссным инструментом, позволяющим суду сохранить контроль, не прибегая к полному лишению свободы.