Правительство Демократической Республики Конго в пятницу подало иск против Руанды в Международный суд ООН (ICJ) в Гааге. Как заявил конголезский министр юстиции Гийом Андали, Киншаса обвиняет соседнее государство в систематических нарушениях международных конвенций — о предупреждении геноцида, ликвидации расовой дискриминации, правах женщин и запрете пыток — на протяжении более чем трёх десятилетий. В иске утверждается, что руандийские власти направляли войска и поддерживали вооружённые группировки, включая «Движение 23 марта» (М23), для проведения незаконных военных операций на востоке ДР Конго после геноцида 1994 года. Конго требует от суда обязать Руанду прекратить предполагаемые нарушения и выплатить репарации конголезским властям и пострадавшим.

Руанда официально не ответила на новое обращение, однако ранее неоднократно отвергала доказательства поддержки повстанцев. По данным экспертов ООН и западных правительств, именно руандийская поддержка позволила М23 в начале 2025 года захватить значительные территории, включая столицу провинции Гому. В Вашингтоне и европейских столицах также указывают на экономическую подоплёку: по мнению американских официальных лиц, Руанда использует повстанцев как прикрытие для доступа к минеральным богатствам региона — золоту и колтану. Параллельно с подачей иска США ввели санкции против руандийского золотоперерабатывающего завода Gasabo Gold Refinery и его руководителей, обвинив их в создании сети по контрабанде минералов с подконтрольных М23 территорий. В американском минфине заявили, что только в начале 2026 года из восточного Конго было нелегально вывезено не менее 60 кг золота.

Корни конфликта уходят в геноцид 1994 года в Руанде, когда экстремисты из народности хуту убили около 800 тысяч человек, в основном тутси. Опасаясь возмездия, около миллиона хуту бежали на территорию нынешней ДР Конго, что спровоцировало этническую напряжённость и привело к двум руандийским вторжениям. Одна из группировок хуту — «Демократические силы освобождения Руанды» (ДСОР) — до сих пор действует на востоке Конго; Кигали называет её «геноцидной милицией» и обвиняет конголезские власти в сотрудничестве с ней. Это уже третья попытка Конго привлечь Руанду к ответственности в ICJ: первый иск был отозван в 2001 году, второй отклонён в 2006-м из-за отсутствия юрисдикции, поскольку Руанда либо не подписала соответствующие договоры, либо сделала к ним оговорки. Теперь суду предстоит заново оценить, обладает ли он полномочиями для рассмотрения дела.

Нынешнее обращение происходит на фоне пробуксовки мирных переговоров при посредничестве США и Катара. В декабре 2025 года лидеры Конго и Руанды подписали соглашение о прекращении огня, однако боевые действия продолжились. На этой неделе на саммите по оценке выполнения договорённостей представители трёх стран выразили «серьёзную обеспокоенность эскалацией боёв». По мнению наблюдателей в африканских дипломатических кругах, одновременное давление через судебные и санкционные механизмы призвано усилить переговорные позиции Киншасы. При этом обращение в ICJ происходит в момент, когда ряд африканских государств — Нигер, Мали и Буркина-Фасо — заявили о выходе из Международного уголовного суда (ICC), что, как считают правозащитники, сужает возможности жертв конфликтов добиваться справедливости. Решение ICJ о юрисдикции по конголезскому иску ожидается в ближайшие месяцы; параллельно продолжаются консультации в рамках мирного процесса.