
Иран готовит многодневные похороны Хаменеи под угрозой возмездия США и Израилю
Тегеран предупредил Вашингтон и Тель-Авив о жёстком ответе на любую агрессию в ходе церемоний 4–9 июля, которые станут крупнейшим смотром лояльности режиму после войны.
Иран начинает шестидневную церемонию государственных похорон верховного лидера аятоллы Али Хаменеи, убитого в результате американо-израильских ударов 28 февраля. Как объявили иранские власти, процессии пройдут с 4 по 9 июля в Тегеране, Куме, Мешхеде, а также в священных для шиитов городах Ирака — Наджафе и Кербеле. Командующий центральным штабом «Хатам аль-Анбия» Али Абдоллахи через государственные СМИ предупредил США, «сионистский режим» и их союзников от «любых просчётов», пообещав «суровое возмездие» вооружённых сил в случае угрозы или агрессии. Глава МИД Аббас Арагчи ранее также заявил о немедленном и мощном ответе на любые посягательства, а спикер парламента Мохаммад Багер Галибаф призвал иранцев массово выйти на улицы, чтобы «призыв к отмщению прозвучал на весь мир».
По оценкам организаторов, ожидается от 15 до 20 миллионов участников, что сделает траур крупнейшим в истории Исламской Республики. Для обеспечения порядка вводятся временные ограничения на воздушное пространство над Тегераном и Мешхедом, объявлены выходные дни, перекрывается центр столицы. Как отмечают западные аналитики, власти стремятся избежать повторения давки, омрачившей похороны имама Хомейни в 1989 году и генерала Сулеймани в 2020-м. Одновременно, по свидетельствам источников в Тегеране, часть горожан планирует покинуть столицу на время церемоний, а сообщения о ликовании после известия о гибели Хаменеи указывают на глубокий раскол в обществе, уставшем от санкций и репрессий.
Международное измерение церемонии подчёркивает её дипломатический вес. Премьер-министр Пакистана Шахбаз Шариф подтвердил участие, после чего направится в Турцию. Спецпосланником президента России назначен Дмитрий Медведев, Китай представлен зампредом Постоянного комитета ВСНП Хэ Вэем. Индия направляет губернатора Бихара и замминистра иностранных дел, а также лидеров оппозиции — Салмана Хуршида от Конгресса и Мехбубу Муфти от Народно-демократической партии. Всего, по заявлениям МИД Ирана, ожидаются делегации более чем из 30 государств и религиозные деятели из 90 стран.
Ключевой интригой остаётся возможное появление сына и преемника Хаменеи — 56-летнего Моджтабы, который с момента назначения 8 марта ни разу не появлялся на публике. По неподтверждённым данным, он был тяжело ранен в том же ударе, что убил отца. Организаторы похорон заявляют, что решение о его присутствии находится исключительно в ведении офиса верховного лидера. Как полагают региональные наблюдатели, появление Моджтабы на траурных мероприятиях могло бы укрепить его легитимность, тогда как отсутствие лишь усилит спекуляции о состоянии его здоровья и дееспособности.
На время похорон приостановлены непрямые переговоры Ирана и США в Дохе, где при посредничестве Катара и Пакистана обсуждаются параметры постоянного соглашения после временного прекращения огня. По информации катарского МИД, консультации идут конструктивно, однако следующий раунд состоится лишь после завершения всех траурных церемоний. Таким образом, похороны Хаменеи становятся не только внутриполитическим смотром, но и паузой в дипломатическом процессе, от которого зависит дальнейшая стабильность в зоне Персидского залива.
| Арабская пресса Леванта и Магриба | +0.50 | aligned |
|---|---|---|
| Атлантическая / англосаксонская пресса | −0.40 | critical |
Iran projects its sovereignty as absolute and unchallenged, rejecting any external interference with a tone of calm defiance and technical precision.
The story is framed as a matter of international law and territorial control, using legal and strategic language to normalize Iran's position and delegitimize US threats.
Any reference to US and Israeli retaliation threats is omitted, as is the context of regional tension that could question the stability of Iranian power.
The US and its allies position themselves as guarantors of regional security, describing Iran as a source of instability that requires vigilance and deterrence.
The story is framed through a hierarchy of threats: starting from the Iranian threat, moving to the vulnerability of Israel and US interests, and concluding with the need for a military or diplomatic response. The use of official sources and strategic analysis reinforces credibility.
The Iranian perspective of sovereignty and legitimacy is omitted, as is any criticism of US policies in the Middle East that may have fueled tensions.
Расширь свой кругозор
МВФ снизил прогноз роста до 3%, но возобновление ударов по Ирану ставит его под сомнение
7 языков · 10 изданий
Из TechnologyOpenAI запускает GPT-5.6 и агента для офиса после правительственной проверки
6 языков · 10 изданий
Из Science & HealthКанада и Залив: визит Карни в Саудовскую Аравию на фоне переформатирования региональных альянсов
2 языков · 5 изданий