В городе Санта-Мария-де-Пунилья аргентинской провинции Кордова 27-летняя Росио Белен Гомес скончалась от более чем десяти ножевых ранений, нанесённых её бывшим партнёром Максимилиано Баудрако. Согласно результатам вскрытия, одна из ран пронзила аорту и лёгкое. На момент нападения в доме находились трое малолетних детей погибшей. Баудрако был задержан неподалёку от места преступления.

За несколько месяцев до трагедии, в октябре 2025 года, Баудрако был приговорён к двум годам лишения свободы условно за угрозы в контексте семейного насилия. Приговор включал запрет на приближение к потерпевшей, обязанность пройти психотерапевтическое лечение и регулярно отмечаться в Патронате освобождённых. Как сообщила директор Патроната Патрисия Корбалан, осуждённый с самого начала не выполнял предписания: не явился в установленный срок, не предоставил документов о лечении и признал, что не соблюдал ограничительные меры. Информация о нарушениях была направлена судье по исполнению наказаний Факундо Мояно Сентено, однако никаких мер принято не было.

Случай в Кордове — не единичный. В бразильском штате Эспириту-Санту 23-летняя женщина выжила после десяти ножевых ранений, нанесённых бывшим партнёром, который ранее уже проявлял агрессию. В Австралийской столичной территории суд признал, что мужчина, ударивший ножом и битой свою бывшую сожительницу, действовал в состоянии «чрезмерной самообороны», однако использование ножа было расценено как эскалация насилия. Все эти эпизоды объединяет общая черта: формально существующие механизмы защиты не срабатывают на этапе, когда угроза становится очевидной.

В Кордове прокуратура квалифицировала убийство как фемицид при отягчающих обстоятельствах. Дети переданы под опеку государственных органов. Параллельно с уголовным расследованием возобновилась дискуссия об эффективности условного осуждения по делам о гендерном насилии. В Патронате подчёркивают, что учреждение не обладает полицейскими полномочиями и лишь информирует суд о нарушениях. Судья Мояно Сентено ранее уже оказывался в центре скандала, когда поднадзорный ему осуждённый, находившийся под домашним арестом, совершил убийство. Официальных комментариев от судебных органов на момент публикации не поступало.