Четыре священника, облаченные в те же расшитые ризы, что использовались при рукоположении 1988 года, лежали ниц на красных бархатных подушках перед алтарем, установленным под огромным тентом на лугу в швейцарской деревне Экон. Пока звучала литания святым, над долиной Роны плыли низкие альпийские облака, а многотысячная толпа, собравшаяся со всего мира, наблюдала за церемонией, транслировавшейся в прямом эфире на семи языках. В этот момент, 1 июля 2026 года, братство святого Пия X — ультратрадиционалистская католическая группа, основанная архиепископом Марселем Лефевром, — совершило то, что в Ватикане уже назвали «схизматическим актом»: рукоположение четырех новых епископов без папского мандата.

Сам обряд был выверен до мелочей. Епископ Альфонсо де Галаррета, сам рукоположенный Лефевром без согласия Рима в 1988 году, возложил руки на головы Паскаля Шрайбера (Швейцария), Майкла Голдейда (США), Мишеля Пуансине де Сиври и Марка Анаппье (оба — Франция). По каноническому праву этот жест автоматически влечет за собой отлучение от церкви — latae sententiae — как для посвящающих, так и для посвящаемых. Папа Лев XIV за день до церемонии направил настоятелю братства Давиде Пальярани письмо, в котором умолял «вернуться назад» и предупреждал, что «разорвать нешвенный хитон Христов — грех чрезвычайной тяжести». В ответ Пальярани с амвона заявил, что братство «готово заплатить любую цену ради спасения Церкви», и назвал обвинения в расколе ложной дилеммой: «Мы принадлежим Церкви прежде всего через веру».

Для стороннего наблюдателя происходящее в Эконе выглядит как ожившая картина из дореформенного католицизма. Месса служится исключительно на латыни, священник стоит спиной к пастве, а само братство отвергает ключевые документы Второго Ватиканского собора — декларации о религиозной свободе, об экуменизме и об отношении к нехристианским религиям. По мнению ватиканских иерархов, именно это неприятие модернизации, а не только литургические предпочтения, лежит в основе конфликта. Кардинал Герхард Мюллер, бывший префект Конгрегации доктрины веры, в интервью Corriere della Sera заметил, что лефевристы «парадоксальным образом более протестанты, чем сами протестанты», поскольку ставят собственное понимание традиции выше авторитета папы. В то же время в самом братстве, насчитывающем, по собственным данным, около 600 тысяч последователей, 751 священника и 264 семинариста в 77 странах, настаивают, что действуют исключительно из «состояния необходимости» и любви к Церкви-матери.

Событие в Эконе быстро обросло символическими деталями, далекими от аскетического образа традиционалистов. Зрителям прямой трансляции предлагалось отсканировать QR-код для пожертвований, а на сувенирных прилавках продавались бейсболки с логотипом «Econe2026» и подарочные наборы швейцарского вина с этикеткой в виде епископской митры по цене 92 доллара. Среди собравшихся журналисты заметили делегации итальянских ультраправых — от бывшего лигиста Марио Боргецио до активистов Forza Nuova во главе с Роберто Фьоре, что лишь подчеркнуло давнюю связь части традиционалистского движения с европейским национализмом.

К концу четырехчасовой церемонии, когда новые епископы уже приняли поздравления, а Пальярани процитировал заповеди блаженства — «Блаженны вы, когда будут поносить вас…», — над Эконом разразилась сильная гроза. Тысячи паломников, еще недавно стоявших в строгих рядах, бросились искать укрытие от ливня, и белый тент над алтарем затрепетал под порывами ветра. Этот внезапный альпийский шторм, заставивший верующих в спешке покидать луг, стал, пожалуй, самым красноречивым образом дня, в который раскол, тлевший десятилетиями, окончательно оформился под открытым небом.