Бывший эмир Катара шейх Хамад бин Халифа Аль Тани скончался утром 12 июля на 74-м году жизни. Как объявил Diwan Al Amiri (административный аппарат эмира), причина смерти не разглашается. Покойный правил эмиратом с 1995 по 2013 год, придя к власти в результате бескровного дворцового переворота, и добровольно отрёкся от престола в пользу сына Тамима, что стало редчайшим прецедентом среди наследственных монархий Персидского залива.

За восемнадцать лет правления шейх Хамад превратил небольшое государство в одного из ведущих игроков мировой энергетической и медийно-политической сцены. Как указывают аналитики из стран Залива, именно он заложил основы превращения Катара в ведущего экспортёра сжиженного природного газа: наращивание мощностей по сжижению, партнёрства с международными мейджорами и запуск в 1996 году спутникового телеканала Al Jazeera обеспечили Дохе рычаги влияния далеко за пределами аравийского региона. По оценкам западных экспертов, при нём был создан Катарский инвестиционный фонд, профинансировавший знаковые зарубежные приобретения — от лондонского Harrods до футбольного клуба «Пари Сен-Жермен», а также обеспечена победа в заявке на проведение ЧМ-2022, что стимулировало масштабное инфраструктурное строительство. Медийное влияние Al Jazeera и одновременное размещение на катарской территории военного командования США (база Аль-Удейд) позволяли Доха вести многовекторную внешнюю политику, поддерживая контакты с Ираном, палестинским ХАМАС и «Братьями-мусульманами», что, согласно дипломатическим источникам в регионе, неоднократно вызывало осложнения с Саудовской Аравией и ОАЭ, вылившиеся в блокаду 2017 года.

Реакция на смерть шейха Хамада демонстрирует сохранение его символического веса. В Катаре объявлен четырёхдневный национальный траур с приспущенными флагами и приостановкой работы госучреждений; похороны пройдут после вечерней молитвы. Премьер-министр Индии Нарендра Моди, чья страна ввела однодневный траур, назвал покойного «провидцем и истинным другом». Соболезнования направили также руководство Малайзии, Индонезии, Нигерии, Ирана, Пакистана и ряда африканских государств. В то же время, по свидетельствам наблюдателей из монархий Залива, напряжённость, связанная с поддержкой Катаром исламистских движений во время «арабской весны», остаётся неурегулированным фоном межгосударственных отношений.

Кончина отца-эмира, по мнению экспертов по Ближнему Востоку, не повлечёт немедленных политических сдвигов: реальный транзит власти состоялся ещё в 2013 году, и нынешний эмир Тамим продолжит курс на диверсификацию экономики и посредничество в региональных конфликтах, от Газы до Судана. Однако уход архитектора катарской модели напоминает о глубине трансформации страны — из бедного эмирата в государство с одним из высочайших в мире показателей ВВП на душу населения. В ближайшие дни ожидаются официальные визиты соболезнования от глав государств и правительств, а государственный траур продлится до 15 июля.