Пакистан и Кувейт обсуждают расширение двустороннего оборонного пакта, который предусматривал бы размещение на кувейтской территории тысяч пакистанских военнослужащих, истребителей, беспилотников и систем ПВО в обмен на сотрудничество в энергетической сфере и инвестиции. По данным источников, знакомых с ходом переговоров, консультации находятся на ранней стадии, а их дальнейшее продвижение напрямую зависит от динамики военного противостояния между США и Ираном. Пакистанская сторона, по словам официального представителя, пока не готова рассматривать отправку боевых подразделений, а кувейтский «список пожеланий» — от приобретения вооружений до полноценного военного присутствия — не обязательно приведёт к подписанию формального договора.

Позиции сторон определяются разнонаправленными императивами. Для Кувейта, который, как утверждают иранские государственные СМИ, стал «платформой для американо-сионистской агрессии» и неоднократно подвергался ударам — по версии Тегерана, ответным действиям иранских вооружённых сил, — Пакистан выглядит предпочтительным партнёром: суннитская страна с мощной армией, собственным производством боевых самолётов и хорошими отношениями с Вашингтоном вызывает меньше политической чувствительности, чем альтернативные варианты. Исламабад, переживающий острый экономический кризис, рассматривает оборонные соглашения как инструмент привлечения инвестиций и гарантий энергобезопасности — в частности, Кувейт изучает возможность создания на пакистанской территории склада горючего на условиях «бондового хранения». Одновременно в Пакистане растёт тревога, что прошлогодний пакт о взаимной обороне с Саудовской Аравией способен втянуть страну в войну: после ракетной атаки йеменских хуситов на королевство Исламабад уведомил Тегеран, что будет рассматривать любое нападение на саудовскую территорию как нападение на себя.

Переговоры с Кувейтом вписываются в более широкую тенденцию переформатирования архитектуры безопасности в Персидском заливе. На фоне сомнений монархий в надёжности американских гарантий Пакистан, обладающий, по оценкам Лондонского международного института стратегических исследований, примерно 170 ядерными боезарядами и 660-тысячными вооружёнными силами, превращается в востребованного поставщика военного присутствия. Параллельно Турция, Пакистан и Саудовская Аравия готовят проект трёхстороннего оборонного пакта, а Бахрейн и Иордания также проявляют интерес к оружейным и тренировочным соглашениям с Исламабадом. При этом прежняя роль Пакистана как посредника между США и Ираном оказывается под вопросом: пакистанский дипломат в беседе с dpa допустил, что в случае расширения конфликта на саудовскую территорию страна «будет вынуждена стать стороной конфликта, а не посредником».

Аналитики предупреждают, что ставка на ускорение переговоров после гипотетической деэскалации может оказаться неоправданной. Исследователь из Технологического университета Сиднея Мухаммад Фейсал отметил, что Пакистан должен осознавать опасность «чрезмерных военных обязательств» за рубежом. Досье остаётся открытым: конкретные параметры сделки не согласованы, а следующий раунд консультаций, как ожидается, состоится лишь при условии снижения напряжённости между Вашингтоном и Тегераном — сроки которого остаются неопределёнными.