На одном из кадров, разошедшихся по сети, Одиссей, созданный искусственным интеллектом, носил нечто похожее на современный наушник-вкладыш. Именно эта деталь — крошечный анахронизм в трёхминутной сцене встречи с нимфой Калипсо — стала поводом для лавины едких комментариев. Пользователи X, где Илон Маск поделился роликом, напомнили: в поэме Гомера герой намеренно оставляет уши открытыми, чтобы слышать пение сирен, в то время как его спутники заливают слух воском. Алгоритм, обученный на миллионах изображений, не считал миф — он просто подставил привычный глазу аксессуар.

Сам Маск сопроводил публикацию громким обещанием: «Ещё до конца года Grok Imagine сделает полнометражный фильм об „Одиссее“, исторически точный и верный искусству Гомера». Заявление прозвучало через несколько дней после мировой премьеры «Одиссеи» Кристофера Нолана — масштабного блокбастера с Мэттом Деймоном, Томом Холландом и Зендаей, который за первый уикенд собрал более 260 миллионов долларов. Миллиардер, прежде уже критиковавший кастинг Нолана, на этот раз не ограничился колкостями: он предложил собственный, полностью созданный нейросетью, ответ голливудскому режиссёру.

Претензии Маска к фильму Нолана носили, по оценкам наблюдателей, отчётливо расовый и гендерный подтекст. Ещё в марте 2026 года он назвал режиссёра «расистом, настроенным против белых», возмутившись выбором Лупиты Нионго на роль Елены Троянской. Позднее он поддержал трансфобные выпады в адрес Эллиота Пейджа, который, вопреки ранним слухам, играет не Ахилла, а воина Синона. В этом контексте анонс «исторически точной» версии, сгенерированной ИИ, был воспринят не как технологический эксперимент, а как идеологический жест. Показательно, что в короткометражном ролике Grok все персонажи были белокожими — ровно то, чего, по мнению критиков, и добивался Маск.

Реакция профессионального сообщества оказалась мгновенной. Режиссёр «Доктора Стрэнджа» Скотт Дерриксон написал в X: «Совершенно очевидно, что Илон Маск ничего не понимает в кинематографе и перестал читать лет в двадцать. Его мнение об искусстве ничего не стоит». Обычные пользователи иронизировали над самой идеей «исторической точности» применительно к поэме, населённой циклопами, сиренами и колдуньями. «Ты же в курсе, что это миф?» — спрашивали в комментариях. На этом фоне кассовый успех «Одиссеи» Нолана, ставшей третьим крупнейшим стартом года в США и приближающейся к двум миллионам проданных билетов во Франции, выглядел особенно красноречиво.

Параллельно Маск заявил о готовности профинансировать альтернативную экранизацию — за 100 миллионов долларов, с Мелом Гибсоном в режиссёрском кресле, на гомеровском греческом и с «исторически строжайшей» атрибутикой. Но именно тот самый наушник в ухе цифрового Одиссея остался самым наглядным символом разрыва между амбицией и результатом. Алгоритм, не ведающий контекста, выдал образ, который мгновенно разоблачил иллюзию: машина не рассказывает историю — она лишь комбинирует визуальные штампы, не слыша ни сирен, ни самого Гомера.