Днём 16 июня российский фрегат «Адмирал Григорович» произвёл предупредительную стрельбу в направлении британской парусной яхты Bright Future в проливе Ла-Манш, примерно в 20 морских милях к югу от острова Уайт, за пределами территориальных вод Соединённого Королевства. На борту яхты находились 68-летняя Джейн Келви и её 70-летний муж Алан, совершавшие переход из Лимингтона в Шербур. Никто не пострадал, судно повреждений не получило и продолжило путь. Министерство обороны Великобритании подтвердило факт инцидента, охарактеризовав его как «единичный» и не связанный с другими операциями в регионе, и направило патрульный катер HMS Tyne для проверки состояния экипажа.

Версии сторон расходятся радикально. Российское военное ведомство заявило, что яхта двигалась на двигателях опасным курсом на сближение, не реагировала на многократные вызовы по радио и сигнальные ракеты, после чего экипаж фрегата был вынужден открыть упреждающий огонь из стрелкового оружия «по курсу» гражданского судна — не целясь в него — чтобы предотвратить возможное столкновение. Британские пенсионеры, однако, назвали эту версию «ложью»: по их словам, никаких ракет или радиоконтактов не было, прозвучали лишь дважды по пять гудков, а затем раздались выстрелы. Супруги настаивают, что не совершали «ничего предосудительного» и не представляли угрозы для военного корабля.

Инцидент произошёл на фоне резко возросшей напряжённости между Лондоном и Москвой. За двое суток до этого британские морские пехотинцы высадились на борт теневого танкера Smyrtos, перевозившего подсанкционную российскую нефть, и задержали судно — первая подобная операция против флота обходящих эмбарго перевозчиков. Хотя британское минобороны подчёркивает, что стрельба в Ла-Манше не связана с захватом танкера, совпадение по времени неизбежно усилило политический резонанс. Официальный представитель МИД России Мария Захарова иронично поинтересовалась в своём телеграм-канале, не планирует ли фрегат возвращаться домой через британское посольство в Москве, «если вдруг оно захочет пойти на опасное сближение».

С точки зрения морской практики, предупредительная стрельба в оживлённом проливе — крайняя мера, допустимая при непосредственной угрозе столкновения, однако её применение в отношении прогулочного судна вызывает вопросы о соразмерности. Аналитики в Брюсселе отмечают, что подобные эпизоды становятся частью более широкой картины рискованных контактов между российскими военными кораблями и гражданскими судами стран НАТО, повышая вероятность непреднамеренной эскалации. Для Лондона расследование обстоятельств — не только техническая, но и политическая задача: необходимо, с одной стороны, не допустить нормализации силовых жестов в акватории, с другой — избежать втягивания в инцидент, который может быть использован для дальнейшего нагнетания конфронтации.