В пятницу, без четверти три ночи, к задним воротам опустевшего Британского музея бесшумно подкатил жёлтый грузовик в сопровождении полицейского эскорта. Несколько десятков человек — сотрудники музея в светоотражающих жилетах, французский посол, кураторы и журналисты — в сдержанном молчании наблюдали, как из машины с предельной осторожностью выгружают массивный алюминиевый контейнер размером с небольшой автомобиль. Когда многотонный ящик, внутри которого в специальном климатическом коконе покоился гобелен из Байё, коснулся земли, тишину взорвали аплодисменты. «Я никогда не думала, что можно так радоваться открывающимся воротам», — произнесла одна из свидетельниц; куратор проекта Милли Хортон-Инш позже призналась, что едва не расплакалась, увидев, как реликвию завозят внутрь.

Само полотно — технически не гобелен, а вышивка шерстью по льну — представляет собой хронику нормандского завоевания Англии: 58 сцен, ведущих к битве при Гастингсе 1066 года, после которой Вильгельм Завоеватель стал первым нормандским королём. Историки сходятся во мнении, что работа длиной почти 70 метров была создана в Англии, вероятно, в мастерских близ Кентербери, по заказу епископа Одо, брата Вильгельма, и вскоре вывезена в Нормандию. С тех пор она лишь дважды покидала Байё — оба раза ради временных экспозиций в Лувре. Теперь, спустя почти тысячелетие, артефакт, который в британском сознании неразрывно связан с основанием национальной государственности, вернулся на землю, где был соткан.

Решение о беспрецедентном кредите было принято на высшем уровне: президент Франции Эмманюэль Макрон объявил о нём в июле 2025 года во время государственного визита в Лондон, назвав жест «возрождением культурных отношений» спустя десять лет после брекзита. Формальным поводом стала реконструкция музея в Байё, однако за кулисами соглашения — сложный дипломатический обмен: взамен Британия отправит в Нормандию сокровища из Саттон-Ху и средневековые шахматы с острова Льюис. Во Франции этот шаг вызвал ожесточённые споры: эксперты-реставраторы предупреждали о необратимых рисках, указывая, что на полотне насчитывается 30 нестабилизированных разрывов и почти 10 000 отверстий, а петиция против вывоза характеризовала его как «преступление против культурного наследия». Чтобы минимизировать угрозу, были проведены два тестовых рейса с полноразмерной копией, а подлинник поместили в двойной контейнер, гасящий 96% вибраций и поддерживающий постоянные 20°C и 50% влажности. Британское правительство застраховало груз на 800 миллионов фунтов — сумму, вдвое превышающую рекордную стоимость когда-либо проданного произведения искусства.

Ажиотаж вокруг возвращения гобелена уже побил музейные рекорды: в первый день продаж было реализовано 100 000 билетов, а директор Британского музея Николас Каллинан сравнил спрос с попыткой достать пропуск на фестиваль Гластонбери. Пока выставка, которая откроется 10 сентября и продлится до июля 2027 года, готовится принять миллионы посетителей, само полотно проведёт несколько дней в транспортном контейнере — чтобы акклиматизироваться и «отдохнуть после долгого путешествия». А на меловых скалах Дувра в эти часы ещё видна световая проекция, оставленная французской стороной: огромное «merci» над Ла-Маншем — безмолвный жест, адресованный и древней реликвии, и её временному новому дому.