Блэкауты толкают заводы и школы к собственной генерации: от Ирана до Нигерии
Промышленные компании и правительства развивающихся стран делают ставку на солнечные панели и водород, чтобы обойти дефицит сетевой электроэнергии и снизить зависимость от ископаемого топлива.
Иранский производитель картофельных полуфабрикатов «Талачин» установил солнечные панели на 44 тыс. кв. м крыш своих цехов — мощность станции составила 6,9 МВт при инвестициях в 230 млрд туманов. Компания, экспортирующая продукцию в 24 страны, пошла на этот шаг не ради экологического имиджа, а из-за регулярных отключений электричества, которые срывают поставки и бьют по репутации. Этот случай отражает системный сдвиг: промышленность в странах с нестабильным энергоснабжением всё чаще сама становится производителем электроэнергии.
По оценкам Организации по возобновляемой энергии Ирана (SATBA), только на крышах 800 промышленных парков и 4 тыс. га заводских земель можно разместить более 5 ГВт солнечных мощностей. Ведомство форсирует программу установки домашних солнечных систем на 10 ГВт, а также запускает проект оснащения 12 тыс. школ панелями по 5 кВт. Параллельно государственная компания по развитию водных ресурсов готовит инвестпакеты для плавучих солнечных электростанций на водохранилищах — в сумме до 200 МВт. Для привлечения частного капитала SATBA в ближайшее время начнёт приём заявок в проектный фонд объёмом 500 МВт, который позволит гражданам и юрлицам вкладываться в готовые объекты.
Схожую логику — снижение сетевых рисков и отказ от привозного топлива — демонстрирует Индонезия. Государственная PLN зафиксировала избыток водорода в 125 тонн в год (при собственном производстве 200 тонн) и совместно с Pertamina строит водородные заправочные станции. Джакарта ведёт переговоры с Toyota, немецкими и китайскими производителями о поставке водородных автобусов для системы TransJakarta. Минэнерго страны оценивает портфель из 93 водородных проектов в 32 трлн рупий (около $2 млрд) — от дедизелизации электростанций на отдалённых островах до пилотного грузовика на смеси дизеля и водорода. В Нигерии федеральная программа на $750 млн обеспечила штату Плато строительство 10 гибридных солнечных мини-сетей; губернатор рассчитывает уже через два года превратить регион в нетто-экспортёра электроэнергии.
Глобальная горнодобыча движется в том же направлении. По данным GlobalData, 41% новых проектов предусматривают собственную солнечную генерацию, а в Европе этот показатель достигает 87%. Крупнейшие игроки — BHP, Rio Tinto — массово заключают долгосрочные контракты на покупку чистой энергии, фиксируя издержки. Ближайшей проверкой серьёзности намерений станет запуск иранского фонда и подписание контрактов на поставку водородных автобусов в Индонезии — от этих шагов зависит, превратятся ли пилотные проекты в работающий рынок.
| Иранская и близкая пресса | +0.60 | aligned |
|---|---|---|
| Африканская пресса южнее Сахары | +0.50 | aligned |
| Российская пресса и СНГ | +0.20 | neutral |
| Пресса Юго-Восточной Азии | +0.50 | aligned |
Иран строит свою энергетическую независимость за счет солнечной энергии: правительство возглавляет инициативу, а промышленность следует за ним.
Представляя государство как главного агента перемен, приписывая успех государственному планированию и национальной воле, приуменьшая инновации частного сектора.
Иранский блок не упоминает альтернативные возобновляемые источники, такие как водород, и не обсуждает международное финансирование или партнерства, которые присутствуют в других блоках.
Губернатор Муфтванг провозглашает, что Плато станет экспортером электроэнергии благодаря федеральной программе и местной воле.
Используя один проект как символ более широкого национального успеха, создавая нарратив неизбежного прогресса и достижений на уровне штата.
Африканский блок не упоминает более широкий энергетический кризис, затрагивающий Нигерию, сосредотачиваясь исключительно на одном проекте штата, не обсуждая надежность сети или проблемы доступа к энергии.
«Роснефть» подтверждает свою приверженность устойчивому развитию рекордными инвестициями, позиционируя себя как экологического лидера.
Сосредоточившись на единственном корпоративном показателе устойчивости, блок отвлекает внимание от более широкого энергетического кризиса и представляет экологические действия как историю делового успеха.
Российский блок опускает любое обсуждение возобновляемых источников энергии, таких как солнечная или водородная, и не затрагивает энергетический кризис, который является центральной темой истории.
Индонезия позиционирует себя как региональный водородный хаб, используя избыток и партнерства для руководства энергетическим переходом.
Подчеркивая будущий потенциал и крупномасштабные проекты, блок создает ощущение неизбежности и лидерства, преуменьшая текущие проблемы и непосредственный энергетический кризис.
Юго-восточноазиатский блок не упоминает солнечную энергию или энергетический кризис, сосредотачиваясь исключительно на водороде как решении.
Расширь свой кругозор
Голодовка активиста в Дели завершена, но уличные протесты и парламентский тупик сохраняются
11 языков · 28 изданий
Из Economy & MarketsУдары по логистике Wildberries и военному заводу: Киев расширяет кампанию «дальних санкций»
8 языков · 24 изданий
Из TechnologyРекордная выручка Alphabet обернулась сжиганием $5,9 млрд: инвесторы бегут от ИИ-гонки
4 языков · 7 изданий