В начале 2025 года, после передачи управления Iran Khodro частному сектору, компания получила разрешение поднять заводские цены на 20–45% в зависимости от модели. Это немедленно обострило разрыв с рыночными котировками: ещё до повышения некоторые автомобили продавались на свободном рынке на 40–100% дороже официального прайса. Как утверждают в иранских надзорных органах, рост не был произвольным — он опирался на аудированную финансовую отчётность и прошёл процедуру согласования в Организации защиты потребителей и производителей, а затем в Министерстве промышленности.

Цепочка принятия решений остаётся многоступенчатой. Iran Khodro предоставляет данные о себестоимости, ведомство проверяет их, а окончательное слово — за министерством; рамки задаёт Совет по конкуренции, который квалифицирует внутренний авторынок как монопольный. По мнению иранских экономических обозревателей, даже после повышения заводские цены отстают от накопленной инфляции: индекс цен производителей за год превысил 51%, потребительская инфляция достигла 57,7%. Разрыв сохраняется, потому что предложение ограничено, а административно установленная цена остаётся ниже равновесной — возникает рента, питающая параллельный рынок. Недавнее снижение курса доллара не привело к удешевлению машин: издержки зависят от валюты, закупленной месяцами ранее, а внутренние расходы на зарплаты, энергию и логистику продолжают расти.

Сходные искажения наблюдаются и за пределами Ирана. В Аргентине, по оценкам местных аналитиков, импортный автомобиль может стоить вдвое дороже первоначальной цены из-за каскада налогов: 35-процентный внезональный тариф для машин не из Mercosur, 21-процентный НДС, статистические сборы и провинциальные надбавки начисляются последовательно, умножая итоговую сумму. В Нигерии, как заявляют в Ассоциации автодилеров (AMDON), главной причиной контрабанды через соседний Бенин стали высокие таможенные пошлины и задержки в портах. За 15 месяцев нигерийская таможня изъяла 870 автомобилей совокупной оценочной стоимостью 3,88 млрд найр, однако участники рынка настаивают: без снижения пошлин поток нелегального ввоза не иссякнет. На более конкурентных рынках, таких как Индонезия, кредитные организации советуют покупателям сравнивать предложения дилеров и учитывать сезонные акции, чтобы снизить итоговую цену — там барьеры носят не административный, а информационный характер.

Ближайший рубеж для Ирана — решение Совета по конкуренции о том, сохранится ли ценовой надзор в условиях Седьмого плана развития, который формально запрещает обязательное ценообразование. В Нигерии усиливается давление на правительство с требованием пересмотреть импортные тарифы и приблизить их к региональным реалиям. Общая черта этих ситуаций: везде, где административные цены или высокие фискальные барьеры отрываются от рыночного равновесия, возникают параллельные каналы — будь то перепродажа с премией или трансграничная контрабанда.