Центральным событием шестидневной траурной церемонии в Иране стало не только прощание с верховным лидером Али Хаменеи, погибшим 28 февраля в результате американо-израильского удара, но и демонстративное отсутствие его сына и преемника Моджтабы Хаменеи. В то время как трое других сыновей — Мостафа, Мейсам и Масуд — участвовали в молитве у гроба в тегеранском комплексе «Гранд-Мосалла», новый верховный лидер, назначенный Советом экспертов в марте, не появился ни на одном публичном мероприятии с начала боевых действий. По официальной версии иранских властей, его неучастие объясняется соображениями безопасности на фоне угроз со стороны Израиля.

В западных и региональных аналитических кругах, однако, доминирует версия о тяжёлом физическом состоянии Моджтабы Хаменеи. Министр обороны США Пит Хегсет ещё в марте заявил, что преемник получил серьёзные ранения в ходе той же атаки, которая унесла жизни его отца, матери и жены, и, возможно, навсегда останется инвалидом. Агентство Reuters со ссылкой на иранские источники сообщало о повреждениях лица и ноги, не исключая ампутации. По мнению иранского аналитика Хамидрезы Мортазави, отказ от появления на публике позволяет избежать демонстрации уязвимости в момент, когда государство стремится транслировать образ стойкости и единства. При этом два высокопоставленных иранских чиновника утверждают, что Моджтаба продолжает участвовать в принятии решений, а его раны «быстро заживают».

Масштаб похоронной процессии, которая, по оценкам организаторов, соберёт от 15 до 20 миллионов человек на маршруте из Тегерана через Кум, Неджеф и Кербелу до Мешхеда, используется руководством Ирана как инструмент внутренней легитимации и внешнеполитического сигнала. Высший совет национальной безопасности Ирана охарактеризовал церемонию как послание врагам, а многотысячные толпы скандировали «Смерть Америке» и «Смерть Израилю», неся красные флаги — символ призыва к отмщению. По свидетельству корреспондентов Al Jazeera, участники открыто требовали возмездия, а президент США Дональд Трамп в интервью Axios выразил удивление слезами иранцев, предположив, что они могут быть «ненастоящими».

Отсутствие верховного лидера компенсируется публичной активностью других фигур режима: президент Масуд Пезешкиан, спикер парламента Мохаммад Багер Галибаф, возглавляющий переговоры с США, и командование Корпуса стражей исламской революции (КСИР) демонстрируют видимость управляемости. По данным источников, близких к иранскому руководству, именно КСИР сыграл решающую роль в продвижении кандидатуры Моджтабы, рассматривая его как более сговорчивого продолжателя жёсткой линии отца, несмотря на сопротивление части духовенства, указывавшего на недостаточные религиозные credentials и недопустимость наследственной передачи власти в республике, рождённой из свержения монархии. Сам Моджтаба за всё время ограничился несколькими письменными заявлениями, включая осторожную поддержку меморандума о взаимопонимании с США, подписанного в прошлом месяце.

Церемония проходит в условиях 60-дневного перемирия, заключённого после предварительных договорённостей с Вашингтоном. Захоронение Али Хаменеи запланировано на 9 июля в мавзолее Имама Резы в Мешхеде. Дальнейшее развитие политического транзита будет зависеть от того, сможет ли Моджтаба Хаменеи в обозримом будущем предъявить себя нации — или же фактическое управление останется в руках коалиции силовых и гражданских институтов, действующих от имени отсутствующего лидера.