В аргентинском Сан-Карлосе полиция изъяла у 16-летнего подростка 25 единиц огнестрельного оружия и более 6700 патронов, однако защита настаивает, что юноша — федеративный стрелок-спортсмен, с десяти лет выступающий на международных соревнованиях под надзором тренеров. По версии адвокатов, следствие проигнорировало спортивный контекст, а спецоперация с привлечением сил быстрого реагирования была несоразмерной. В итальянской Римини трое несовершеннолетних, прибывших из Болоньи, имели при себе кастеты, электрошокер мощностью 980 тысяч вольт, перцовый баллончик увеличенного объёма и кухонный нож с лезвием около 28 сантиметров; никаких объяснений молодые люди не дали, материалы переданы в прокуратуру по делам несовершеннолетних. В шведском Линчёпинге 18-летнему предъявлено обвинение в тяжком преступлении с оружием: в его телефоне обнаружены 14 видеозаписей, где он позирует с предметом, который Национальный судебно-медицинский центр идентифицировал как газовый пистолет; по данным обвинения, оружие не имело законного применения и хранилось в среде, типичной для возможного криминального использования.

Параллельно в Бразилии разворачиваются два дела, где несовершеннолетние стали жертвами. В Порту-Алегри родители трёхлетнего мальчика, заметив у сына нехарактерный страх и раздражение, спрятали диктофон в его рюкзаке и за один день зафиксировали десятки эпизодов вербальной агрессии со стороны воспитательницы военизированного детского сада, включая угрозу застрелить ребёнка и приказ другому воспитаннику ударить его. Внутреннее расследование военной полиции не нашло состава преступления, и семья обратилась в прокуратуру штата Риу-Гранди-ду-Сул. В Рио-де-Жанейро мать десятилетнего Эдуарду, убитого выстрелом из винтовки в 2015 году во время полицейской операции в фавеле Алеман, самостоятельно собрала 43 видеозаписи и нашла ключевого свидетеля, после чего прокуратура в июне 2025 года предъявила двум офицерам обвинение в квалифицированном убийстве и фальсификации улик; по версии следствия, выстрел был произведён с четырёх метров в спину сидевшему у дома ребёнку, а место преступления инсценировали под перестрелку.

С точки зрения латиноамериканских правозащитных организаций, случай в Ла-Плате демонстрирует размытость границ между легальным спортом и общественной опасностью: аргентинское законодательство допускает владение оружием несовершеннолетними под контролем федераций, однако масштаб изъятого арсенала ставит вопрос о целях хранения. В Бразилии, как отмечают эксперты по безопасности, дела о насилии со стороны силовых структур в отношении детей часто затягиваются на годы, и лишь настойчивость семей позволяет возобновить расследование. В Европе подход иной: шведская прокуратура квалифицирует сам факт демонстрации оружия в криминогенной среде как тяжкое преступление, а итальянские правоохранители оперативно передают материалы в суд по делам несовершеннолетних, не дожидаясь наступления последствий.

Все эпизоды объединяет то, что окончательные правовые оценки ещё не вынесены. В Аргентине следствие продолжает устанавливать законность хранения оружия и наличие состава преступления. В Бразилии дело воспитательницы передано в гражданскую прокуратуру, а обвиняемым в убийстве Эдуарду грозит суд присяжных и требование выплатить семье компенсацию в размере не менее миллиона реалов. В Швеции судебное разбирательство по обвинению в тяжком преступлении с оружием ожидается в ближайшие месяцы. В Италии несовершеннолетние находятся под следствием прокуратуры по делам несовершеннолетних, а изъятый арсенал приобщён к делу.