Центральным событием для Ливана стал параллельный запуск двух процессов: визит президента Жозефа Ауна в Белый дом и начало развёртывания ливанской армии в так называемых «пилотных зонах» на юге страны. По итогам встречи с Дональдом Трампом американский лидер объявил о возобновлении прямого авиасообщения с Ливаном — впервые с 1985 года — и публично выразил готовность к контактам с «Хезболлой», если Аун сочтёт это уместным. Одновременно подразделения вооружённых сил Ливана вошли в Зутар-эль-Гарбию, первую из трёх согласованных с Израилем зон, откуда израильские войска начали отвод. Этот шаг, по замыслу американских посредников, должен протестировать способность Бейрута установить монополию на силу и запустить механизм поэтапного вывода израильских сил.

Позиции сторон обозначились с высокой степенью определённости. В Вашингтоне, согласно заявлениям представителей администрации, рассматривают укрепление ливанских государственных институтов как инструмент выдавливания иранского влияния и увязывают полный вывод израильских войск с разоружением «Хезболлы». Сам Аун в ходе визита подчеркнул, что изъятие оружия у движения возможно лишь при трёх условиях: прекращение израильской оккупации, переход всего оперативного контроля к ливанской армии и запуск государственной программы восстановления. В Тель-Авиве, однако, продолжают наносить удары по южным районам, а израильские военные водрузили флаг над историческим замком Дубье, что в Бейруте расценили как провокацию. «Хезболла» и её союзник — спикер парламента Набих Берри, которого Трамп публично похвалил, — заняли выжидательную позицию: по сведениям источников, близких к движению, там не хотят давать премьер-министру Израиля Биньямину Нетаньяху повода для эскалации, но одновременно отказываются признавать рамочное соглашение с Израилем легитимным.

Фактические последствия этих манёвров носят двойственный характер. С одной стороны, развёртывание армии в Зутар-эль-Гарбии и предстоящий 4 августа в Риме очередной раунд прямых ливано-израильских переговоров создают институциональную колею для постепенного восстановления суверенитета. С другой — израильская сторона уже оспорила границы пилотной зоны, открыв предупредительный огонь вблизи ливанских военных, а «Хезболла» продолжает критиковать сам формат договорённостей, что ставит под вопрос реализацию последующих этапов. По оценкам европейских дипломатов, успех всего предприятия зависит от того, удастся ли Бейруту конвертировать американскую поддержку в реальное давление на Израиль с целью полного вывода войск, не спровоцировав при этом внутреннего столкновения с шиитским движением.

Контекст происходящего выходит за рамки двустороннего трека. Визит Ауна, которому предшествовал телефонный разговор с наследным принцем Саудовской Аравии, в арабских столицах трактуют как закрепление Ливана в западно-арабском лагере и отрыв от иранской орбиты. Параллельно идут непрямые американо-иранские консультации, а в региональной прессе циркулируют сообщения о негласных контактах между представителями «Хезболлы» и США в Дохе. Близкие к Тегерану СМИ при этом демонстративно минимизировали освещение встречи Ауна с Трампом, акцентируя инциденты с израильскими обстрелами. В ближайшей перспективе ожидается визит в Бейрут госсекретаря США Марко Рубио, который, по данным ливанских источников, намерен передать Берри прямое послание о необходимости поддержать рамочное соглашение и государственные институты. Досье остаётся открытым: ключевой проверкой станет способность ливанской армии обеспечить безопасность в пилотных зонах и готовность Израиля перейти ко второму этапу отвода войск.